Cookies & ДАННЫЕ

Этот сайт использует куки. При дальнейшем использовании вы соглашаетесь на использование куки. Политика конфиденциальности.

НОВОСТИ
DE
EN
img

Комментарий Владимира Иванова об инициативе публичного аудита для журнала Эксперт

Со следующего года все масштабные государственные инвестпроекты будут проходить обязательный публичный технологический и ценовой аудит. В апреле премьер-министр Дмитрий Медведев подписал соответствующее постановление. Введение независимой экспертизы инвестпроектов сегодня выглядит весьма уместным. Во-первых, это попытка снизить градус общественного недовольства, вызванного громкими коррупционными скандалами вокруг саммита АТЭС, сочинской стройки, ГЛОНАСС. Во-вторых, это означает более прагматичный подход к расходованию бюджетных денег. Принято принципиальное решение использовать до половины средств из Фонда национального благосостояния на инвестиции в инфраструктурные проекты, и эти деньги не должны быть потрачены зря — такая логика прослеживается в самой процедуре публичного аудита. Он, согласно постановлению, должен проходить в два этапа. Сначала независимые эксперты будут решать, стоит ли вообще тратить деньги на те или иные инвестпроекты и включать их в целевые госпрограммы; затем состоится аудит непосредственно самого проекта и его документации.

Кому идти на аудит?

В 2014 году независимый аудит будут проходить инвестпроекты стоимостью не менее 8 млрд рублей, а начиная с 2015-го к ним присоединятся проекты от 1,5 млрд. Оценивая этот диапазон, Владимир Иванов, управляющий партнер девелоперской компании «Спектрум», приводит пример проектов, находящихся в ведении Инвестиционного фонда РФ. «Уже к 2011 году в рамках фонда финансировалось 15 федеральных и 23 региональных проекта, — рассказывает Иванов. — При этом средняя стоимость федерального проекта составляла 60 миллиардов рублей, а минимальная — 9 миллиардов. Таким образом, из федеральных проектов под технологический аудит попали бы все. Из региональных не аудировались бы два-три проекта».

Так что аудиту подвергнутся практически все крупные инвестпрограммы: начиная с инфраструктурных и заканчивая госпрограммой освоения арктического шельфа, если она будет принята. Освободят от аудита проекты, включенные в государственный оборонный заказ и федеральную адресную программу на 2013–2015 годы, но и в этом случае аудиторам найдется над чем поработать.

Первые претенденты на внимание независимых экспертов известны. Ими, очевидно, станут три проекта, названные Владимиром Путиным на Петербургском международном экономическом форуме: высокоскоростная железнодорожная магистраль Москва—Казань, Центральная кольцевая автодорога, Транссиб. В этот список может попасть и проект по развитию БАМа, правда, правительство так и не определилось с тем, как именно он будет финансироваться. Кроме того, по словам министра по вопросам Открытого правительства Михаила Абызова, эксперимент с публичным аудитом может быть поставлен над проектами «Русгидро» и «Автодора».

При этом публичный аудит затронет не только мегастройки, но и более скромные проекты с государственным участием. «Стоимость среднего контракта на ремонт или капремонт составляет до миллиарда рублей, хотя бывают, конечно, и дороже, если, например, ремонтируется большой участок, — рассказывает Сергей Солодовников, генеральный директор “МДС-Групп”. — Контракты ГЧП как правило дороже 7 миллиардов рублей. Так что постановление затронет большое количество крупных подрядов на строительство и реконструкцию».

Бюрократическая ловушка

В постановлении о проведении публичного аудита содержится одна, безусловно, полезная новация. Речь идет о первом этапе экспертизы — обосновании инвестиций, заложенных в госпрограммах. Плюсы в самой процедуре публичного аудита видит Сергей Солодовников: «Аудит предполагает возможность задавать вопросы. Никто сегодня не вправе спрашивать у заказчика, почему из 10 возможных вариантов он выбрал один-единственный. А вот аудиторы могут спросить, почему, например, вы сделали красивую, но очень дорогую балку из металла, а не дешевую, но вполне подходящую для этих условий балку из бетона. Может быть, это в итоге и не изменит окончательного варианта, но по крайней мере заставит заказчика обосновывать принятое решение».

Однако в самом документе много неясностей и откровенных неувязок. Так, в нем отмечено, что при проведении аудита эксперты должны оценивать выбранные для реализации проекта технологические и конструктивные решения «на их соответствие лучшим отечественным и мировым технологиям строительства». Кроме того, сметная стоимость таких решений не должна быть завышена. «Звучит хорошо, — соглашается Владимир Иванов. — Но абсолютно непонятно, что же должно подвергнуться аудиту, а также какими стандартами и регламентами описываются “лучшие отечественные и мировые технологии строительства”».

Утвердить методику и критерии технологического аудита до конца июня было поручено Министерству образования и науки. Однако пока о результатах работы ведомства ничего не известно.

Предположим, что подрядчики будут определять критерии «передовой—устаревший» по своему усмотрению, исходя из накопленного опыта и компетенций. Тогда напрашивается следующий важный вопрос: как публичный аудит будет взаимодействовать с государственной экспертизой проектов, предусмотренной Градостроительным кодексом? А ее сегодня проходят практически все инвестпроекты с участием бюджетных денег. От результатов этой экспертизы зависит не только получение разрешения на строительство, но и такой важный для подрядчиков момент, как открытие кредитных линий.

В рамках госэкспертизы проверяется соответствие проектов различным техническим, экономическим и правовым регламентам — так называемым СНиПам (строительным нормам и правилам). Проблема в том, что нормы эти от «передовых мировых технологий» очень далеки. «Большинство российских стандартов и норм проектирования устарели, — рассказывает Михаил Полонский, президент холдинга “Промстрой”. — В России каждый год обновляется около 20 стандартов, что очень мало — устаревшие исчисляются тысячами. Новые нормы проектирования в России за последние 20 лет не вводились вообще. Поэтому, например, по требованию устаревших пожарных нормативов и других технических стандартов мы продолжаем занимать под новые производства огромные площади земель, закладывать увеличенную металлоемкость и в итоге получаем высокую стоимость объектов». К тому же на многие новые материалы и технологии в отечественной инжиниринговой практике не всегда можно найти сметные расценки, другими словами — достоверно рассчитать сметную стоимость проекта. А если ее нет, как же тогда проводить ценовой аудит?

Неудивительно, что большинство экспертов уверены: постановление о проведении публичного аудита в нынешних условиях не приведет ни к чему, кроме новых бюрократических нагромождений. Строить по-прежнему будет проще по старинке, но зато с государственным финансированием и открытыми кредитными линиями. Михаил Полонский перечисляет основные направления, по которым требуется гармонизация отечественной и зарубежной правовых баз: почти все строительные материалы (бетон, сталь, дерево, камень, кирпич, алюминий); все ключевые области проектирования конструкций (основы проектирования конструкций, нагрузки, пожарные нормы, инженерные изыскания, сейсмика); широкий спектр типов конструкций и продуктов (здания, мосты, башни, мачты).

Дешево, но долго

Не сомневаются участники российского инжинирингового рынка и в том, что публичный аудит увеличит и без того раздутые сроки подготовки и реализации инвестпроектов. «В большинстве случаев на первом этапе аудита будет необходимо получить экспертное заключение Министерства образования и науки Российской Федерации, сроки подготовки такого заключения не должны превышать 45 дней, — размышляет Андрей Волков, генеральный директор ОАО “Росжелдорпроект”. — Учитывая сроки, необходимые для проведения государственной экологической экспертизы, а также государственной экспертизы проектной документации и результатов инженерных изысканий, сроки после окончания разработки проектной документации до ее утверждения могут составить 6,5–9,5 месяца. В настоящее время проведение государственных экспертиз занимает от двух до четырех месяцев». Эксперт также упоминает о прописанной в постановлении возможности подвергнуть проект повторному аудиту, если экспертиза признает его неудовлетворительным. При существующем положении дел шансы на такое «хождение по кругу» очень велики.

Повлияет на сроки и процедура ценового аудита. Справедливости ради отметим, что поручение президента строить дешевле законодатели учли в полной мере. Заложена в постановлении и проблема демпинга, характерная для российского строительного рынка. Вообще, сметная стоимость в рамках аудита получает статус едва ли не константы. У экспертов будет не только возможность добиваться ее минимизации. Если подрядчику по какой-то причине потребуется увеличить расходы на реализацию проекта, процедуру ценового аудита придется проходить снова.

Некому проверять

Неясно и кто именно будет проводить публичный аудит. Министерство экономического развития еще в прошлом году предложило ведомствам самим заниматься аудитом подотчетных проектов, обосновав это тем, что привлечение независимых экспертов может дорого обойтись бюджету. Выплачивать аудиторам придется 0,2% от стоимости проектной документации на первом этапе аудита и 0,38% — на втором.

Вообще, процедуры, дублирующие публичный аудит, не первый год проводятся во многих ведомствах и отраслях. «Процесс технологического и ценового аудита, принятый в России, давно существует в железнодорожной отрасли,— рассказывает Андрей Волков. — Еще со времен МПС и по сей день в ОАО РЖД обоснование инвестиций и проектная документация на все крупные инвестпроекты проходят проверку в Управлении экспертизы и смет».

Согласно постановлению, выступить аудиторами инвестпроектов смогут как юридические лица, так и отдельные граждане, отвечающие определенным требованиям, — это в первую очередь опыт работы с инвестпроектами, знание специфики отечественного строительного рынка. Однако как эти требования будут выполняться на практике и, главное, достаточно ли их? Во-первых, специалистов, которым можно было бы поручить проведение аудита, просто мало: Андрей Волков предупреждает, что на рынке труда острый дефицит инженеров-технологов. Во-вторых, уже сейчас выбор экспертов вызывает вопросы. Например, предполагается, что пилотные инвестпроекты «Русгидро» и «Росавтодора» будут аудировать общественные советы при Минэнерго и Минтрансе. При этом в общественном совете Минтранса большинство — общественные деятели: начиная с журналистов и заканчивая руководителями общественных движений и ассоциаций. При всем уважении, легко представить экспертизу, проводимую таким составом. «Мне кажется, что системный подход и использование компетенций, которые есть у профессионалов, не могут быть заменены аудиторами, срочно подобранными министерствами, — говорит Владимир Иванов. — Подобранный аудитор весьма зависим от заказчика. Предлагаемое вознаграждение интересно только на проектах стоимостью более 15 миллиардов рублей и совсем неинтересно на проектах в 1,5 миллиарда». А это означает, что профессионалов найти будет сложно и оценкой займутся те, для кого предлагаемые деньги покажутся легкими и быстрыми.

img

АРХИВ НОВОСТЕЙ